• RSS
  • facebook
  • YouTube
  • ВКонтакте
  • Подписка на новости
19 апреля 2019 года
Котята вислоухие Камелия

Подсудимый есть – очевидцев нет

#29, 02-08-2009 Алина Фадеева

22 июля в Краматорском суде продолжились слушания по делу о поджоге лифтов. Напомним, что на протяжении 2006 года в городских многоэтажках сгорело более десятка лифтов.
Поджоги совершались, как правило, по ночам, вызывали большие повреждения не только лифтового оборудования, но и входных дверей квартир, счетчиков электроэнергии, проводки… Дым, гарь, пламя столбом, паника, пожарные машины…И - никаких свидетелей.
Довольно продолжительное время не было и подозреваемого или подозреваемых в этом преступлении. Но позже по нескольким эпизодам к ответственности привлекли юного пиромана А. Ему вменили в вину два поджога. Суд вынес постановление о применении к нему мер принудительного медицинского обследования в психоневрологическом диспансере, после которого пациент-подсудимый был направлен в специализированное учреждение закрытого типа. С того момента, когда несовершеннолетний А. был задержан правоохранителями и изолирован, поджоги прекратились.
Но, спустя некоторое время, в поджогах обвинили жителя Краматорска, 19-летнего студента 2-го курса Донецкого университета Марата Ильичева. По словам его матери Натальи Анатольевны, поводом для возбуждения уголовного дела и задержания сына послужили показания бывшего соседа по дому некоего П. Как ни странно, тоже парня с диагнозом, инвалидом с детства по психическому заболеванию. Строго говоря, этот «свидетель» вообще недееспособен. В деле фигурирует медицинское заключение, что этот молодой человек страдает «шизотипическим расстройством личности, в том числе искаженным восприятием действительности и неспособностью ее адекватно оценивать». Но, только по указанию этого фигуранта, который приехал вместе с милицией, Марата Ильичева взяли прямо на автовокзале, когда он 16 декабря 2006 года приехал на побывку из Донецка домой.
О том, что сына задержали, его матери стало лишь на третьи сутки. Еще через 10 дней в ходе проведения следственных мероприятий Марат полностью признал свою вину. Как он потом признался, «чтобы дожить до суда». А в суде категорически отказался признавать свою вину. Психиатрическая экспертиза признала его здоровым.
Некоторые моменты в ходе следствия, которые озвучивались на судебном заседании 22 июля, обращают на себя внимание. В частности, по словам защитника Владимира Самохина, Марату вменили в вину также и поджог лифта, по которому уже обвиняли первого поджигателя А. Во время воспроизведения обстоятельств преступления Марата привозили на место преступления, не руководствуясь его указаниями, в закрытом фургоне автозака. Заключенный даже не знал, куда его везут! Всего по делу о поджогах фигурирует то ли 13, то ли 14 лифтов. Душевнобольного А. признали виновным в поджоге двух из них, Ильичева – в семи, еще по одному эпизоду виновным считается неустановленное лицо. Итого – 10. А пострадало еще несколько. И кто же виноват?
22 июля суд занимался исследованием письменных доказательств. В деле четыре тома документов. Большая часть – протоколы осмотра места пожара с многостраничными описаниями произведенных повреждений и заключения о том, что возгорание не могло произойти в результате замыкания электропроводки. Приобщены к делу также сметы ремонта лифтов. Сумма причиненного ущерба из-за изношенности лифтов вначале не заявлялась. Потом в деле появилась справка о том, что рыночная стоимость сгоревших лифтов составляет 400 тысяч гривен. В 4-м томе дела есть письменные показания сотрудников изолятора временного содержания, которые свидетельствовали, что обвиняемый «добровольно и без всякого принуждения рассказал о совершенных преступлениях». Показания трех милиционеров практически идентичны. Тут же и письменный отказ подсудимого от признания вины. И требование возбудить уголовное дело против следователей, которые, по его словам незаконно, путем физического и психического давления добывали доказательства его вины, заставляли его оговорить себя, вели дело односторонне, поверхностно и предвзято»? Разумеется, в возбуждении уголовного дела против следователей было отказано, а отказ прокуратуры приобщен к документам.
Еще к делу приобщено и «письмо краматорскому шайтану», которое было обнаружено на здании мэрии. В нем, в частности, было написано: «Если не снизите плату за проезд и не уберете рекламу, лифты будут гореть и дальше. С неуважением, поджигатель». Кого этот «борец за социальную справедливость» называет краматорским шайтаном, предоставляем додумать нашим читателем. Про отпечатки пальцев на «письме» не говорится. Как, впрочем, и об обстоятельствах, при которых такое письмо могло появиться на здании мэрии.
В характеристиках с места жительства и из ОШ №22, которую заканчивал Марат, он характеризуется положительно.
Но самое удивительное, в особенности на взгляд постороннего человека, это то, что в деле нет показаний ни одного непосредственного свидетеля или очевидца, нет никаких доказательств вины, кроме показаний психически больного П. и запротоколированного признания-самооговора через 10 дней после задержания. Но даже признание в преступлении еще не является доказательством вины, ее нужно профессионально и скрупулезно доказывать. Мотивы к самооговору – были, а мотивы преступления так и не прозвучали. Зачем психически нормальному студенту жечь лифтовые кабины? Как такое «сырое» и необоснованное дело вообще могло попасть в суд?
За время суда сменилось три судьи Краматорского городского суда, в 2008 году Донецким апелляционным судом дело было направлено на доследование, поскольку вина подсудимого не была установлена судом первой инстанции. Но мера пресечения для человека, чья вина не была доказана, осталась та же – содержание под стражей! Соображения стороны обвинения строятся на том, что человек, которому инкриминируют такое преступление, якобы способен на хулиганство, грабеж или разбой, а также станет уклоняться от процессуальных обязанностей. А как же презумпция невиновности? За что парень сидит уже 32 месяца? Марат заявил в суде ходатайства об изменении меры пресечения и направлении дела на доследование. Оба они были отклонены.
Остается добавить, что преступление, в котором обвиняется Марат, квалифицируется по статье 194, ч 2 УК Украины и предусматривает наказание в виде лишения свободы от 3 до 8 лет. По первому приговору подсудимому щедро дали все 8 лет. Может, теперь «пожалеют» и оставят только 3 года, из которых он практически всё и отсидел?

P.S. Репортаж из зала суда носит субъективный характер. Логика нашего правосудия и логика стороннего наблюдателя – вещи часто несовместимые. И это повод задуматься: то ли уровень юридических знаний рядовых граждан такой низкий, то ли наоборот?


Вверх



 
load